«Ещё один последний. Мы тоже были последними.»
Тридцать восемь арен Гримхольда закрылись — каждая после того, как погиб её последний чемпион. Город засыпал ямы, а песок с них свозили сюда, вниз, в Первую арену. Вместе с песком сюда пришли и они.
В темноте они срослись в одно: тридцать восемь лиц, тридцать восемь голосов и одна ненависть — к тому, кто стоит на последней арене, пока их ямы засыпаны. Каждый из них когда-то был лучшим. Вместе они — то, что убивает лучших.