«Новенький? Ну давай, покажи, чему тебя мама учила.»
Никто не помнит, как его звали до того, как он выбил себе зубы о причальную тумбу и вставил вместо них железные. Зато все на Пристани знают, что после заката к складам лучше не ходить: Клык и его мальчишки собирают «пошлину» с грузчиков, и тем, кто платить не хочет, показывают нож.
На арену он вышел не за славой, а потому что кто-то из его же шайки проиграл там ставку и сказал, что Клык отдаст. Клык не отдал. Теперь он дерётся с любым, кто бросит вызов, и дерётся грязно: в пах, по ногам, снизу. Первый шаг на лестнице Арены 39.